Пресса о книгах "Иностранки"

Варгас Льоса избегает пошлости только чудом. Сентиментальные читательницы уронят на эту трогательную любовную историю не одну слезу. Литературные гурманы поразятся писательскому мастерству — при внешней монотонности сюжета оторваться от книги невозможно, она тянет к финалу настойчиво и властно, не спрашивая разрешения. Еще бы — “Похождения скверной девчонки” сочинил знаменитый перуанский писатель, многолетний номинант на Нобелевскую премию, борец за права и свободы сограждан Марио Варгас Льоса. дальше

Какое-то время тому назад словосочетание «Вайль–Генис» многими воспринималось как имя-фамилия. Или как двойная фамилия. Типа Гей-Люссак. Блестящий стиль изданных Петром Вайлем и Александром Генисом книг порождал справедливое сомнение: ну не могут два столь талантливых человека так здорово писать вместе! Словно забывался высоко оцененный даже таким скупым на похвалы человеком, как Владимир Набоков, опыт Ильфа и Петрова. Потом Вайль и Генис пошли каждый по своему пути. Александр Генис сосредоточился на глянцевой эссеистике, не забывая и про гастрономические экзерсисы, Петр Вайль принялся за очень сложную и тонкую тему – тему соотношения местоположения (в том числе – чисто географического) творца и его таланта. В результате читатели смогли насладиться великолепной работой «Гений места». И вот теперь – новая книга «Стихи про меня», ставшая одним из самых знаковых и ожидаемых событий последнего времени. дальше

Прославленный роман Джузеппе Томази "Гепард" вновь претендует на внимание российского читателя. История угасающего аристократического рода, подробнейшие описания наследных владений, запутанная любовная интрига, да еще и экранизация одного из самых чувственных режиссеров Лукино Висконти, -- всего этого вполне достаточно, чтобы "Гепард" перестал быть библиографической редкостью, и занял место на полке самых популярных романов, по соседству с "Унесенными ветром" и "Поющими в терновнике".  дальше

Книжки, написанные человеком по фамилии Медичи, согласитесь, не каждый день появляются на рынке. И вообще ваш непокорный слуга, прочтя в аннотации, что этот Медичи –стопроцентно натуральный, сын герцога и принцессы, решил, что приобретает нечто типа мемуаров почти современника той королевы, которой заговор (а именно Екатерины Медичи, французской монархини, той самой, что устроила Варфоломеевскую ночь, о которой и написана эта книжка). Ничего похожего на мемуары, да и автор – современник, но наш, а не королевы, что, конечно, неудивительно, но только если призадуматься. Водятся же нынче разнообразные Долгорукие, Ромодановские, не говоря уж о Шереметьевых, Голицыных и Гагариных (с некоторыми набивающий эти строки даже имеет честь быть лично знакомым). Все одно иностранная королевская фамилия производит эффект. Ну, да ладно, не в этом суть. дальше

Книжка и впрямь про стихи, которые если и не про, то для автора. Структура ясная: сначала стих, потом мнение автора, неважно – совпадающее или несовпадающее с вашим. Стихи – те, что принято называть знаковыми, хотя ваш непокорный слуга этого определения не приемлет. Да и не все они таковы для всех (поскольку замес стихов неоднозначный и неоднородный: там и Маяковский, и Гандлевский, и Северянин, и Бунин, и Цветаева, и Бродский). Однако ж прочесть, что там себе неглупый человек думает – уже ж увлекательно! дальше

Петр Вайль, литератор, эссеист, путешественник, главный редактор русской службы радио «Свобода», автор сборников эссе «Гений места» и «Карта родины», соавтор «Русской кухни в изгнании», выпустил в издательстве «Колибри» новую книгу «Стихи про меня». дальше

"Берег утопии" (2002) Тома Стоппарда заставил западного читателя вновь смаковать слово intelligentsia. Это развернутая драматическая трилогия, которая, будучи поставленной в Лондоне и Нью-Йорке, возбудила немалый интерес к русским мыслителям XIX века. Публика валом повалила в книжные лавки, чтобы подробнее разузнать, кто такие Герцен и Тургенев, Бакунин и Белинский – все эти уютно разместившиеся в трилогии Стоппарда загадочные русские бородачи. И гладко выбритые Чаадаев со Станкевичем – тоже. дальше

Идеальный детектив для фанатов фильмов Роберта Родригеса "Отчаянный" и "Отчаянный-2" с Антонио Бандерасом. дальше

В новой исторической серии Clio, запущенной совместно "Рипол классик" и "Иностранкой", богатая полиграфия удачно сочетается с издательской культурой. Книга Лоренцо ди Медичи "Заговор королевы" называется так же как и роман британского историка 19 века Вильяма Энсворта, однако написана с другим намерением.  дальше

Варфоломеевская ночь, коварный, неумолимый и прекрасный балет смерти, остается любимым источником вдохновения для романистов. дальше

В новой исторической серии Clio, запущенной совместно "Рипол классик" и "Иностранкой", богатая полиграфия удачно сочетается с издательской культурой. События одной из первых книг серии - романа "Инквизитор" - рассказаны от лица монаха-доминиканца брата Бернара, который расследует убийство инквизитора Августина Дюэза, совершенное в 1318 году. дальше

Франция, XIV век, разгар борьбы католической церкви против альбигойской ереси. В тихое местечко Лазе прибывает новый инквизитор. Он с жаром берется за дело, со всеми положенными перегибами: пытками, публичным зачитыванием приговоров и показательным сожжением останков неверных на главной площади. Но из очередной поездки в близлежащее селение священник не возвращается. А вскоре становится известно о его зверском убийстве. дальше

Кто такой Петр Вайль? Бородатый и юморной эссеист. Человек с поистине раблезианским отношением к культуре. Знаток русской кухни, советского коммунального быта, американского кинематографа и городских ландшафтов. В общем, "прикладной культуролог", как называют его некоторые критики-эстеты. С другой стороны, Вайль, родившийся в Риге, уехавший в США в 1977-м, а ныне проживающий в Праге, работает редактором на радио "Свобода", то есть, как сказал бы тургеневский Павел Кирсанов, человек "с принсипами". Что опять-таки немаловажный штрих к портрету. И тем не менее при всем богатстве красок кто-нибудь не слишком осведомленный может вообразить, что речь идет просто о модном литераторе. Ну и еще о "радийном волке", как промеж себя говорят друг о друге работники эфира.
 дальше

Исторический роман снова на коне — недаром в “Иностранке” ему посвятили целую серию. Добро пожаловать во Францию, в замок Блуа. Время действия — зима 1589 года. Ее величество королева Франции Екатерина Медичи при смерти.  дальше

В центре романа «Заговор королевы» - один из самых одиозных и будоражащих воображение эпизодов европейской истории, Варфоломеевская ночь. Как известно, в ночь с 23 на 24 августа 1572 года парижские католики, пользуясь поддержкой короля Карла IX и особенно его матери, Екатерины Медичи, жестоко расправились с несколькими тысячами гугенотов, а заодно – со всеми теми, с кем давно хотели свести счеты. События показаны с точки зрения королевы, фактически управлявшейozon.ru Францией в течении трех десятков лет и оставшейся в истории в качестве кровавой монархини, неукротимой властолюбицы и интриганки, что было в высшей степени характерно для всех более или менее заметных представителей легендарного флорентийского рода. дальше

Не то, чтобы меня кто-то спрашивал, но библиотекарям и менеджерам книжных магазинов не стоит ставить эту книжку на полку, где «стихи» или «про стихи». Перед нами не сборник эссе о русской поэзии ХХ века, а, скорее, замаскированные под антологию – впрочем, довольно приличную и репрезентативную – мемуарные виньетки. Почтенный и заслуженный журналист-эссеист-путешественник на этот раз отправился в трип по волнам своей памяти, избрав промежуточным остановками 55 любимых текстов отечественных стихотворцев, многих из которых Вайль знает/знал лично: Бродский, Высоцкий, Лев Лосев, Северянин, Ходасевич, Цветаева и проч. дальше

1318 год, юг Франции. Инквизиция — и конкретно главный герой, доминиканский монах брат Бернар, — выявляет ведьм и колдунов и одновременно искореняет остатки катарской ереси. Некто убивает сначала начальника Бернара — а затем еще одного монаха. Странно, что тела расчленены, а то даже и изрублены в капусту, — явно чтобы скрыть что-то. дальше

Несмотря на обвинения в излишней жестокости, роман "Власть пса" был номинирован сразу на несколько престижных детективных премий. История о том, как уничтожение одного преступника может способствовать появлению другого, еще более страшного, выдержана в лучших традициях жесткого "нуара". дальше

Если Дюма, Умберто Эко и Дэн Браун зачитаны до дыр, пора приниматься за новые книги - из серии "Clio. История в романе". "Инквизитор" Кэтрин Джинкс, "Заговор королевы" Лоренцо де Медичи (потомка великого рода), "Рождение Венеры" Сары Дюнан переносят по очереди то во Францию 14 века, то в Италию эпохи Возрождения. дальше

Если Дюма, Умберто Эко и Дэн Браун зачитаны до дыр, пора приниматься за новые книги - из серии "Clio. История в романе". "Инквизитор" Кэтрин Джинкс, "Заговор королевы" Лоренцо де Медичи (потомка великого рода), "Рождение Венеры" Сары Дюнан переносят по очереди то во Францию 14 века, то в Италию эпохи Возрождения. дальше